Главная | вверх

Яковенко - Первомайский (29 из 32)

назад вперед | первая -10 последняя | полностью
Мало того, почти все контрактники собрались на Витиной половине батареи, причём один из них занял собственноручно выкопанный Поддубным окоп, и прикалывались над бестолковым «пиджаком». Витя метался от окопа к пушке, смотрел в бинокль результаты стрельбы, попутно ругаясь с захватчиком своего окопа, и дико нервничал. Слева дали очередь из «Шилки»: один из столбов, стоявших вдоль дороги в поселок, переломился и повис на проводах. Чуть дальше стоявший танк дал выстрел и замолчал, наверное, тоже что-то сломалось.

Витя снова подскочил к казённику, в безумной надежде ухватился пальцами за выступающий ободок снаряда и попытался его вытащить. Снаряд легко пошёл назад и оказался в руках у лейтенанта: он был просто плохо очищен от смазки. Поддубный коротко глянул на Волкова — и тот понял. Загнали в пушку другой снаряд, Витя дёрнул — пушка подпрыгнула, оглушила всех отдачей и снаряд отправился в Первомайский. Успели сделать два выстрела, и примчался Донецков:

— Прекратить огонь!

Витя огляделся: Гарри самозабвенно лупил из автомата. Расстояние в принципе позволяло, но стрелять в белый свет как в копеечку… Нет, этого Поддубный не понимал. Он подошёл к Гарри и дал ему пендель:

— Кто разрешил стрелять из автомата?!

Гарри от волнения и обиды забыл все русские слова и что-то кричал по-татарски.

А вот «Шилка» не унималась. Как вела огонь, так и продолжала. Вокруг бегал какой-то майор, (Витя его не знал), и вопил, чтобы прекратили это безобразие. Наконец из машины высунулся лейтенант, (Поддубному он был знаком только по имени — Костя), и раздражённо спросил:

— Ну, кто это приказал-то?

Не слышно было, что ответил майор лейтенанту, но ответные реплики было слышно очень хорошо:

— У меня своё начальство! И мне приказано вести огонь!! И приказ никто не отменял!!! Всё!!!!

Бесстрашный лейтенант скрылся в люке, а начальник в бессильной злобе заколотил по броне. В этот момент «Шилка» умолкла сама, скорее всего, патроны кончились.

На позиции наступила относительная тишина, ваучеры покрутились и ушли в сторону кухни, а у Вити появилась новая головная боль: лопаты. Большие сапёрные лопаты. Оказывается, приходил ОМОН — чего им надо было копать? танкисты — дожили, лопат нет! — и ещё кто-то, спросили лопаты, и Волков, добрая душа, (а точнее, его особенно-то никто и не спрашивал) — им отдал. А теперь лопат нет, где их искать — неизвестно. Правда, танкисты одну вернули — поломанную. Витя так и сказал расчёту:

— Ещё куда переедем, — руками копать будете!

До вечера уже приказа открывать огонь не было. Поддубный ходил к комбату с вопросом:

— Что, село заняли?

— Какое там заняли! Еле-еле вроде бы за окраину зацепились.

— А чего ж тогда не стреляем?

— Чтоб в своих не попасть!

Это звучало достаточно логично.

Потом Витя сидел в яме у Волкова, грелся у костра, пообедал и чувствовал себя превосходно, тем более что пришло два письма — от родителей и от жены. Портил картину только наводчик Федя Коломейчук своим флюсом. Щёку у него разнесло в пол-лица, Федя постоянно кривился и стонал.
назад вперед | первая -10 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.