Главная | вверх

Яковенко - На южном фронте без перемен (290 из 291)

назад вперед | первая -100 -10 последняя | полностью


Попав под огонь, наша пехоты ломанулась назад и в стороны, оставив на небольшой полянке несколько человек — убитых и раненых. У одного бойца на поляне остался двоюродный брат, и тот, конечно, пополз ему на выручку. В него сразу попали, но он сумел сам вернуться обратно.

Тогда на поляну пополз капитан Гафуров, и был убит. После него уже никто не решился на это.

Чехи стали обходить нас с флангов, а наша пехота, соответственно, стала отступать, довольно беспорядочно отстреливаясь.

Жиркова больше всего почему-то бесило то, что на его глазах бросили так и не развернутый к бою АГС. И ничего нельзя было сделать.

Отступление ускорилось, и постепенно стало похожим на бегство. Чехи не преследовали нас. Почему — не знаю. Но так и было.

В этот момент вернулся замполит батальона. Он привез приказ о продолжении наступления. Услышав это, Санжапов истерически захохотал.

— Попробуй, подними их! — показал он рукой замполиту на пехоту. Майор оглянулся. И попробовал.

Но это было бесполезно. После пережитого шока наши солдаты были в ступоре. Теперь можно было кричать на них, размахивать пистолетом, стрелять в воздух — все бесполезно. Они просто ничего не соображали. Поднять их в атаку в данную минуту было невозможно. Даже под угрозой расстрела.

А заградотрядов, на наше счастье, у командования не было.

Я же думал о тех бойцах, кто остался лежать на той поляне еще живой, и меня передергивало. Пошел бы я сам снова вперед? Я не знаю. Наверное, пошел бы, если бы пошли все офицеры. Мне было бы стыдно не пойти.

Но что мы там могли сделать без подчиненных, без бойцов? Мы же не Терминаторы!

Так, просидев у кромки леса еще полдня, к вечеру наша часть вернулась обратно — на исходные позиции.

Через три дня, после взятия Бамута, замполит отправился на ту самую поляну, и вывез все тела, которые там нашел. Он сказал, что чехи достреливали наших раненых, но на пытки у них времени не хватило. Наверное, им помешал тот самый артналет, который Санжапов вызвал по рации.

Когда начался огонь, чехам сразу стало не до наших. Так они и пролежали три дня под открытым небом.

После того, что он там увидел, замполит три дня пил горькую…

А с капитаном Гафуровым я проделал путь до самого его дома.

Сначала я вылетел на вертолете, который сделал остановку в Грозном. Там нам погрузили тело Гаджи. Затем, под Хасавюротом, капитана перегрузили в «Урал» из нашей части, и мы поехали уже к нему домой — в Махачкалу. Всю дорогу с нами в машине сидел родной брат покойного. Молча. Только желваки ходили по темному лицу…

Мы оба ехали домой. Я, и Гаджи. Только ехали мы по-разному. Я, больной, грязный и вшивый, но живой. Он — в блестящем пластиковом мешке, и мертвый. Я ехал к новой жизни, а он — к жизни вечной.

Меня Господь оставил на этом свете, а его — призвал на тот.

Почему так по-разному он рассудил нас? Может быть для того, чтобы я мог написать об этом? Я не знаю…




Вместо послесловия


Прошло уже немало лет.

Иногда мне снится Чечня. Мне снятся веселый Папен, ироничный Шура Эйнгольц, высокомерный Степан Бандера, почему-то Салий… Мне снятся Игорь Молчанов и Вася Рац.
назад вперед | первая -100 -10 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.