Главная | вверх

Гьяцо, Чен - Мудрость прощения (45 из 99)

назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью
У них есть такое же право достигнуть счастья и избежать страданий. Красоту, свежесть, улыбки любят все. А преступления и кровопролитие не любит никто. Теперь второе. Мое будущее связано с другими людьми, и с врагами тоже; а мои интересы связаны с их интересами. Например, моя страна и мой народ очень прочно связаны с китайцами. Наше будущее в большой мере зависит от них. Забота о них в конечном счете выливается в заботу о нас.

— Но что лично вы чувствуете по отношению к китайцам? — спросил я Далай Ламу. — Возможно, были какие-нибудь личные драмы, связанные с китайским вторжением и затронувшие непосредственно вас?

— Непосредственно меня? Да нет, в общем, не было. Но когда я услышал, например, от одного тибетца, который сидел в китайской тюрьме... Он еще жив, теперь живет в Непале. Он рассказал мне, что в той тюрьме сидел тибетский мальчик. — Далай Лама изменил позу — опершись на подлокотники, он переместился на край широкого кресла. — Мальчику было шестнадцать; согласно китайской конституции, он не достиг возраста, с которого предусмотрена ответственность за преступления. Но он сидел в тюрьме: его должны были скоро казнить, поскольку отец мальчика сражался против китайцев. Однажды вошли китайские солдаты с оружием.

Один из офицеров нашел в углу железный прут и избил им мальчика, отец которого убил нескольких солдат этого офицера. Из мести, удовольствия ради, офицер бьет железным прутом юношу, которому все равно предстоит умереть. Когда я услышал это... — Далай Лама закрыл лицо руками. — Я заплакал.

Меня тронула эта трагическая история: каким жестоким может быть взрослый человек по отношению к молодому и ни в чем не повинному! Но главным чувством в тот момент был стыд. Я был отвратителен сам себе и чувствовал себя виновным — чуть ли не соучастником. Как и другие китайцы, которых я знаю, я склонен отождествлять свое поведение с поведением этнических китайцев вне зависимости от того, где они проживают. Если, например, находясь в Ванкувере, я читаю, что китайский ресторан в Шанхае подает посетителям собачатину, я непроизвольно съеживаюсь от стыда.

— А как эта история о тибетском мальчике повлияла на ваше отношение к китайцам? Как она согласуется с концепцией взаимозависимости? — спросил я после паузы.

— Сначала меня охватил гнев, а потом я почувствовал жалость к офицеру, — ответил Далай Лама. — Поступки офицера определяются его мотивацией, а его мотивация зависит от пропаганды. Пропаганда же утверждает: отец-контрреволюционер — зло. Уничтожение зла — добро. Такая вера — порочная вера. Вам не в чем обвинить человека. В таких обстоятельствах  даже  я  мог  бы  поступить  похожим  образом.  Но  если  рассуждать, придерживаясь моей веры, гнев вытеснят прощение и сострадание. Взаимозависимость открывает нам целостную картину: это случается потому-то, а это случается из-за того-то. Ясно?

Далай Лама обладает редкой способностью ставить себя на место другого человека. Особенно если этот человек — его враг. Он когда-то сказал мне, что считает своих врагов самыми ценными учителями.
назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.