Главная | вверх

Гьяцо, Чен - Мудрость прощения (43 из 99)

назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью


— Это буддийская практика, — ответил Далай-Аама. — Я не уникален в этом смысле.

Большинство практикующих тибетцев относится к китайцем так же. Прощение и сострадание — важные составляющие практики.

— А какие чувства вы испытываете к китайцам сегодня?

— Думаю, вы заметили мое отношение к китайцам и во время учения здесь и в Тайване, — ответил Далай Лама. — С верующими и мирянами, с тайваньскими должностными лицами и даже с тайваньскими телохранителями я очень дружелюбен. Я реагирую дружески, возможно потому, что говорю на ломаном китайском еще с детства — мы жили в северовосточной части Тибета. Если китаец демонстрирует подлинное дружелюбие, я реагирую совершенно непроизвольно. Но, в любом случае, где бы я ни оказался, кого бы я ни встретил — черного африканца, индуса, китайца или европейца, — мне кажется, разница небольшая.

Я промолчал, но подумал, что его ответ не совсем точен. Мне кажется, Далай Лама всегда испытывает волнение, общаясь с китайцами, особенно с жителями самого Китая. Он очень много вкладывает в эти встречи и довольно часто в результате его переполняют эмоции.

Мне вспомнилась его встреча с известным китайским писателем Ван Ликсионом в Вашингтоне. Ван — первый китаец, сумевший серьезно и беспристрастно высказаться о текущей ситуации в Тибете.

Эта встреча проходила не совсем обычно. Далай Лама не ждал посетителя в номере гостиницы, как делает обычно, а встретил китайского автора возле лифта, выйдя ему навстречу в сопровождении телохранителей и главных советников. Такого уважения удостаиваются немногие, по крайней мере я почти никогда такого не видел. Далай Лама тепло поприветствовал Вана по-китайски: «Ни хао». Взял его за руку и повел в свой номер. Они уселись на кушетках рядом с кабинетным черным «Стейнвеем» и некоторое время молча смотрели друг на друга: монах в бордовом одеянии и писатель в темно-синем китайском жакете. Внезапно Далай Лама притянул Вана к себе и уперся лбом в его лоб. Прошло десять, двадцать секунд. Когда они отстранились друг от друга, глаза у тибетца были влажные. Позднее, в книге, где собраны их беседы, Ван писал: «Возможно, он воспринял меня как представителя китайцев, которые из поколения в поколение жили на землях около Тибета. Хотя в прошлом он встречал нескольких китайцев, они были по большей части эмигрантами, которые давно не имеют корней в Китае».

— Вы спрашиваете, почему я испытываю к китайцам теплые чувства, — продолжил Далай Лама свою мысль. — В основе всех моих чувств, взглядов — взаимозависимость. Например, когда я был на Тайване, я встречался с руководством ДПП[14 - Демократическая прогрессивная партия — правящая партия Тайваня.]. Я сказал им: что касается Тибета, сейчас я не добиваюсь независимости. И еще сказал, что Тайваню тоже нужно хорошенько поразмыслить над сложившимися между ним и Китаем связями. Тайваню нужны особые, чрезвычайно тесные отношения с Китаем — и по экономическим причинам, и для безопасности, и для всего прочего. Это важно и для всего связанного взаимозависимостью мира.
назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.