Главная | вверх

Грэхем - Трудное примирение (60 из 100)

назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью


— Это все, что ты можешь сказать?

— Самое безопасное предположить, что к тебе вернулась память, — сказал он. — Сомневаюсь, что мне сойдет с рук, если я выскажу что-то другое.

— Можешь быть в этом уверен! — Его полнейшее спокойствие ее бесило. — Я бы стакана воды тебе не подала, даже умирай ты от жажды! Я бы не дала тебе куска хлеба, умирай ты от голода! Если бы на всем свете не осталось ни одного мужчины, кроме тебя, и ни одной женщины, кроме меня, человечеству пришлось бы вымереть окончательно! Тебя мало повесить, тебя надо еще колесовать и сжечь, и, будь я мужчиной, тебе бы не поздоровилось!

— Будь ты мужчиной, вряд ли бы ты попала в подобную ситуацию, — невозмутимо вставил Люк, когда она умолкла, чтобы перевести дыхание.

— Я заявлю на тебя в полицию! — выкрикнула Кэтрин, радуясь, что перешла наконец к реальным угрозам.

Люк откинул голову и внимательно на нее посмотрел.

— За что?

— 3-за что? — Она повысила голос. — За что? За то, что ты меня похитил!

— Разве я тащил тебя силком? Физически принуждал? И что, есть свидетели?

— Я скажу, что есть, я солгу! — завизжала она.

— Но почему же ты тогда не протестовала в аэропорту, когда я объявил о нашей свадьбе? — поинтересовался Люк все с тем же невероятным, невозмутимым спокойствием.

— Ты держал меня здесь в плену целую неделю! — Чтобы уличить его в нарушении уголовного кодекса, она отчаянно бросилась к новому обвинению.

Он поднял брови.

— Разве двери были заперты? Что-то не помню, чтобы я препятствовал тебе уйти.

— А физические оскорбления! — прошипела Кэтрин сквозь зубы. — Я тебя в этом обвиню!

Люк широко улыбнулся.

— Какие физические оскорбления?

С высоты всех своих пяти футов и четверти дюйма Кэтрин закричала:

— Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! Пока я… пока я была не в себе, ты самым омерзительным образом мной воспользовался!

— Разве? — пробормотал он. — Кэтрин, я глубоко убежден, что в эту неделю твой разум был гораздо более в порядке, чем за последние пять лет.

— Да как ты смеешь? — взвизгнула она, готовая разрыдаться. — Как ты смеешь мне такое говорить?

Он легонько пожал плечами.

— Я говорю так, потому что это правда.

— Правда в чьих глазах? — в бешенстве кричала она. — Сейчас же возьми свои слова назад!

— Не имею ни малейшего намерения отказываться от своего мнения, — безжалостно сообщил он. — Когда успокоишься, сама поймешь, что это правда.

— Когда успокоюсь? — завизжала она. — Разве похоже, что я могу успокоиться?

Он кинул на нее оценивающий взгляд.

— Если бы ты плавала чуть лучше, я бы бросил тебя в бассейн.

— И ты ведь ни капельки ни о чем не жалеешь, правда? — Вот единственное, что она понимала. И вряд ли это могло умерить ее гнев.

Он вздохнул.

— А о чем я должен жалеть?

— О чем? О чем? — Она уже с трудом произносила слова. — Ладно, я заставлю тебя пожалеть! Мне только надо убедиться, что никаких угрызений совести за то, что ты меня здесь держал, ты не испытываешь!

— Ты права. Не испытываю.

— Ты поступил со мной так, будто я вещь, предмет, который можно, когда хочешь, взять, когда надоест, бросить!
назад вперед | первая -10 +10 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.