Главная | вверх

Грин - Девять месяцев из жизни (4 из 199)

назад вперед | первая +10 +100 последняя | полностью
В первую пятницу она плохо себя чувствовала, в следующую она ужасно устала, потом она обедала с родителями. Я бы подумала, что это вранье, если бы не была полностью уверена, что она просто психологически не способна врать.

– Ой, Лара, привет! Извини, что так вышло на той неделе. Сегодня обязательно встретимся.

– Да ну, что же случилось? Ничего получше на сегодняшний вечер не подвернулось?

– Перестань, ты же так не думаешь... Когда ты хочешь пойти?

– Не знаю. В пять мы идем с Зоей на аджилити, потом надо будет закинуть ее домой и покормить. Честное слово, иногда с этой собакой чувствую себя то ли мамашей, то ли тренером сборной. Давай в семь, пойдет?

– Отлично. До встречи.



Я заезжаю в парк и пробираюсь к самому дальнему концу парковки, откуда хорошо видно, что собачники все еще устанавливают полосу препятствий. Терпеть не могу устанавливать полосу препятствий. Первые несколько занятий я им помогала, но только потому, что мне неловко было сидеть, когда они таскали всякие тоннели и барьеры. А потом я поняла, что если приходить минут на десять попозже, то заниматься этим не придется. Пока они заканчивают, я достаю зеркальце и в течение нескольких минут пытаюсь пальцами распутать колтуны, образовавшиеся на моей голове. Когда я вижу, что устанавливается последний барьер, я беру из багажника одеяло и неспешно иду через поле.

Эндрю с Зоей нигде не видно, так что я расстилаю одеяло подальше от всех и с удовольствием плюхаюсь на него. У меня нет никакого желания общаться с маньяками аджилити. Насколько я знаю, Эндрю – единственный представитель от мужчин в этом виде спорта. Все остальные – толстые лесбиянки средних лет, одержимые своими собаками и беззастенчиво использующие их как замену детям, которых у них никогда не было. Бамперы их машин украшают наклейки типа «Со мной едет моя шелти» или «Моя собака – почетный студент собачьей школы Западного Лос-Анджелеса», и одежду они покупают по одному каталогу, специализирующемуся на шмотках с картинками и надписями про все существующие породы собак. Одна дамочка как-то заявилась на занятия, чуть ли не рыдая по поводу потерянной сережки в виде немецкой овчарки. Как хотите, но для меня это слишком. Я, конечно, нежно люблю свою Зою, и все такое прочее, но делать ее лейтмотивом своего гардероба – увольте.

Не успев обдумать, как бы мне поаккуратнее избежать зрительного контакта с кем бы то ни было, я слышу голос Эндрю:

– Лара! Лара!

Я поднимаю глаза и вижу Зою, несущуюся ко мне на всех парах. Она лает как бешеная, а за ней несется Эндрю, ухватившись за поводок в тщетной попытке не дать собаке вырвать его руку из плеча.

– Зоя, тихо, тихо, к ноге! Зоя, к ноге!

Я так до сих пор и не знаю, зачем он с таким упорством притворяется уверенным, что собака понимает команду к ноге или что она будет выполнять ее, если вдруг все-таки чудом понимает. Боже мой, это же терьер. Терьеры не подчиняются командам. Когда Эндрю добегает до меня, он уже еле дышит.
назад вперед | первая +10 +100 последняя | полностью

~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
~
Все книги на сайте представлены исключительно в ознакомительных целях!
Если вы не хотите, чтобы какая-либо книга присутствовала на сайте, свяжитесь со мной.